Дни и годы Петра Жданова
Выросший в обычной трудовой семье, Пётр Алексеевич вкладывал заработанное в развитие родного края и возрождение забытых традиций. И спустя годы стал для Тербунского округа человеком, своим примером показавшим, что менять жизнь вокруг себя может каждый.
Работа над очерком, посвящённому легенде липецкой журналистики Ивану Тимофеевичу Лесникову, шла по плану. Но не хватало каких-то деталей, связанных с его обычной жизнью, а не профессиональной. Тогда журналистская дорога и привела меня в Тербуны, к Петру Алексеевичу Жданову, племяннику Лесникова. Мы списались, потом созвонились. В том разговоре Пётр Алексеевич упомянул и о своём непростом детстве, о трудностях, с которыми ему пришлось столкнуться в «лихие 90-е». Стало понятно: Жданов определённо должен стать героем публикации.
Однако от задумки до личной встречи прошло несколько месяцев. За это время мне удалось отыскать кое-какую информацию о Петре Алексеевиче. Выяснилось, что мне предстояло провести интервью с личностью не просто многогранной, а живой иллюстрацией поговорки «где родился, там и пригодился». Проще говоря, с человеком, чья судьба тесно переплетена с малой Родиной, хотя «дверей», позволявших сменить место жительства, на своём пути Жданов повстречал предостаточно.
…Машина ехала по Тербунской земле. Вот село Большая Поляна, где родился Пётр Алексеевич. Во время Великой Отечественной войны совсем рядом хозяйничали немцы, занявшие соседнее село Перекоповку. Но и Большой Поляне досталось — фашисты устраивали артиллерийские обстрелы, совершали авианалёты, старались пролить как можно больше русской крови… В память о тех страшных временах Жданов возвёл на свои деньги мемориальный комплекс из чёрного гранита, благоустроил братские могилы. Имена погибших здесь односельчан тоже искал сам. Получилось немногим менее четырёхсот.
Однако от задумки до личной встречи прошло несколько месяцев. За это время мне удалось отыскать кое-какую информацию о Петре Алексеевиче. Выяснилось, что мне предстояло провести интервью с личностью не просто многогранной, а живой иллюстрацией поговорки «где родился, там и пригодился». Проще говоря, с человеком, чья судьба тесно переплетена с малой Родиной, хотя «дверей», позволявших сменить место жительства, на своём пути Жданов повстречал предостаточно.
…Машина ехала по Тербунской земле. Вот село Большая Поляна, где родился Пётр Алексеевич. Во время Великой Отечественной войны совсем рядом хозяйничали немцы, занявшие соседнее село Перекоповку. Но и Большой Поляне досталось — фашисты устраивали артиллерийские обстрелы, совершали авианалёты, старались пролить как можно больше русской крови… В память о тех страшных временах Жданов возвёл на свои деньги мемориальный комплекс из чёрного гранита, благоустроил братские могилы. Имена погибших здесь односельчан тоже искал сам. Получилось немногим менее четырёхсот.
Мемориальный комплекс был открыт в 2014 году. А ещё через пять лет там появился бюст Героя Советского Союза Кирилла Леонтьевича Камынина, уроженца Большой Поляны.В сентябре 1943 года гвардии сержант Камынин со своими бойцами форсировал Днепр возле деревни Глушец (территория Гомельской Области). И, отражая вражеские атаки, удерживал рубеж, давая возможность перехода через реку другим нашим бойцам. За этот подвиг его и представили к высокому званию. Но получить награду герой не успел — погиб 16 января 1944 года при форсировании реки Птичи.
В соседнем селе Солдатское (оттуда родом Татьяна Николаевна, супруга Петра Алексеевича) теперь есть бюст другого Героя Советского Союза — Василия Дмитриевича Мячина. Пётр Алексеевич выяснил, что после Победы Василий Дмитриевич поселился в Ростове-на-Дону. Нашёл и родственников героя, и они приехали на торжественное открытие монумента.
В соседнем селе Солдатское (оттуда родом Татьяна Николаевна, супруга Петра Алексеевича) теперь есть бюст другого Героя Советского Союза — Василия Дмитриевича Мячина. Пётр Алексеевич выяснил, что после Победы Василий Дмитриевич поселился в Ростове-на-Дону. Нашёл и родственников героя, и они приехали на торжественное открытие монумента.
Бюст Героя Советского Союза Мячина
В том же Солдатском Пётр Алексеевич уже два десятилетия помогает восстанавливать Успенский храм, самый большой в округе. В военные годы там располагались сначала школа, потом госпиталь. После Победы храм успел побывать и стойлом для скота, и мастерской, и мельницей, и пилорамой. Много раз перестроенное здание находилось в плачевном состоянии. Поэтому его восстановление - дело кропотливое и долгое.
Есть и ещё одно — возрождение забытых сельских музыкальных традиций. «Напомнить» о гармони получилось случайно. Как-то собралось несколько человек просто поиграть. И эта встреча переросла в чудесный ежегодный праздник, который собирает гармонистов не только Тербунской земли и Липецкой области, но и мастеров из разных уголков России.
Есть и ещё одно — возрождение забытых сельских музыкальных традиций. «Напомнить» о гармони получилось случайно. Как-то собралось несколько человек просто поиграть. И эта встреча переросла в чудесный ежегодный праздник, который собирает гармонистов не только Тербунской земли и Липецкой области, но и мастеров из разных уголков России.
…Машина остановилась возле кафе в Тербунах. Возле входа — музей старинных вещей. Его история началась несколько десятилетий назад. Тогда Татьяна Николаевна, супруга Жданова, увлеклась движением «Русская изба». Из названия понятно, что нужно было собрать под одной крышей различные старинные вещи. Пётр Алексеевич в стороне не остался и начал собирать сам. Ездил по деревням, разговаривал с людьми, спрашивал, нет ли у них ненужных старых предметов быта. И за короткий срок отыскал множество интересных вещей. А потом ему начали помогать люди — они сами приносили что-нибудь эдакое.
Так в коллекции, которая плавно переросла в музей, появились ткацкий станок, чапля, немецкая колючая проволока, радиоприёмники, доски для стирки, прялки, фонарь «летучая мышь», маслобойки, утюги, граммофон, старые телевизоры, фотоаппараты... Есть даже бутылка подсолнечного масла 1983 года, правда кто-то «умыкнул» с неё этикетку. Видимо, в кафе побывал коллекционер «бумажек». Всё это и многое другое хранится у входа в заведение. Иногда там появляются новые предметы — люди оставляют.
…Разговор длился долго. Пётр Алексеевич, ожидаемо, оказался очень интересным собеседником, которому выпало множество испытаний в жизни. Он родился в Большой Поляне. И хотя после войны прошло почти два десятка лет, жизнь всё равно была тяжёлой. Отец, Алексей Тихонович, с утра и до ночи крутил баранку колхозного автомобиля. Мама, Нина Тимофеевна, успевала заведовать хозяйством в местной амбулатории, вела дом. У супругов — четверо детей. Большую роль в семье играл Тимофей Иванович Лесников — дедушка по материнской линии. За его плечами были и финская, и Великая Отечественная войны. Вернулся домой, поднимал народное хозяйство, работал председателем сельсовета. Как раз один из его сыновей — Иван — и стал впоследствии журналистом.
…Разговор длился долго. Пётр Алексеевич, ожидаемо, оказался очень интересным собеседником, которому выпало множество испытаний в жизни. Он родился в Большой Поляне. И хотя после войны прошло почти два десятка лет, жизнь всё равно была тяжёлой. Отец, Алексей Тихонович, с утра и до ночи крутил баранку колхозного автомобиля. Мама, Нина Тимофеевна, успевала заведовать хозяйством в местной амбулатории, вела дом. У супругов — четверо детей. Большую роль в семье играл Тимофей Иванович Лесников — дедушка по материнской линии. За его плечами были и финская, и Великая Отечественная войны. Вернулся домой, поднимал народное хозяйство, работал председателем сельсовета. Как раз один из его сыновей — Иван — и стал впоследствии журналистом.
Пётр рос, а перед его глазами были примеры настоящих русских людей, не боявшихся никакого труда. А когда мальчишке было двенадцать, внезапно умер отец. Дед Тимофей Иванович пожалел внука по-мужски — погладил по голове и сказал: «Теперь ты в семье старшой, мужик! Не ленись, работай больше». С того дня, можно сказать, и началась трудовая деятельность Петра — он стал помощником комбайнёра и научился обмолачивать зерно. А после окончания «восьмилетки» выучился на тракториста-машиниста. Вернулся в Большую Поляну, стал трактористом. Отслужил в армии и вновь — за работу.
Несколько лет Пётр Алексеевич занимался перевозкой зерна. В те времена проводили разные соревнования среди работяг: кто перевыполнит план, кто побьёт трудовой рекорд. Вот и Жданов в 1989 году занял первое место по перевозке зерна в районе. Работал очень много, бывало, и глубокой ночью мог приехать на элеватор на загрузку. А потом Советский Союз распался. Началась новая жизнь, к которой никто и никого не готовил.
Тяжело пришлось всем. Но особенно сельским жителям, ведь колхозы и совхозы были приказано ликвидировать. С ног на голову перевернулась и жизнь в Большой Поляне. Разве кто-то ещё недавно мог подумать, что в селе не будет работы?
Многие селяне стали дружить со стаканом. Мог бы в тех рядах оказаться Жданов? Нет. Он начал искать новые дороги. Собрал машину, попытался заняться своим делом. Но шло плохо. Какое-то время работал руководителем клуба в селе Солдатском. Потом совершал рейсы на Север. Затем решил создать кафе на трассе специально для водителей. Руководство района идею не оценило. Но Пётр Алексеевич отстоял её. Так в селе появились и новые рабочие места.
Несколько лет Пётр Алексеевич занимался перевозкой зерна. В те времена проводили разные соревнования среди работяг: кто перевыполнит план, кто побьёт трудовой рекорд. Вот и Жданов в 1989 году занял первое место по перевозке зерна в районе. Работал очень много, бывало, и глубокой ночью мог приехать на элеватор на загрузку. А потом Советский Союз распался. Началась новая жизнь, к которой никто и никого не готовил.
Тяжело пришлось всем. Но особенно сельским жителям, ведь колхозы и совхозы были приказано ликвидировать. С ног на голову перевернулась и жизнь в Большой Поляне. Разве кто-то ещё недавно мог подумать, что в селе не будет работы?
Многие селяне стали дружить со стаканом. Мог бы в тех рядах оказаться Жданов? Нет. Он начал искать новые дороги. Собрал машину, попытался заняться своим делом. Но шло плохо. Какое-то время работал руководителем клуба в селе Солдатском. Потом совершал рейсы на Север. Затем решил создать кафе на трассе специально для водителей. Руководство района идею не оценило. Но Пётр Алексеевич отстоял её. Так в селе появились и новые рабочие места.
В 2000-м году Жданов встал во главе совхоза «Тербунский», в котором когда-то работал шофёром. Только если в советские годы совхоз являлся миллионером, то теперь на нём висело несколько сотен тысяч рублей долга. Жданов попытался исправить ситуацию и навести порядок. Без устали объяснял людям новые задачи. И всего за полтора месяца сумел рассчитаться с долгами, вовремя выплачивать зарплату и вести по плану уборочную.
…Пётр Алексеевич многого добился в жизни. И, конечно, неоднократно мог уехать из Тербунского округа. Обосноваться, к примеру, в Москве или другом крупном городе. Но Жданов беззаветно любит свой край и ничего не жалеет для того, чтобы он стал ярче, красивее, богаче. Его дела — словно некое послание одновременно и предкам, и потомкам. Первым — о том, что их помнят. Вторым — о том, что в небольшом селе можно добиться многого, если не бояться труда и сохранить в себе любящего, неравнодушного человека.
…Машина двигалась в сторону Липецка. А я обдумывал слова Петра Алексеевича. Жданов рассказал, что, хотя и на пенсии, но всё равно не может сидеть дома без дела. Не привык. За все годы тяжёлого труда он понял одно: движение — жизнь. Нужно только давать себе денёк отоспаться. Хотя бы раз в полгода.
Павел Жуков
Фото автора и из архива Петра Жданова
…Пётр Алексеевич многого добился в жизни. И, конечно, неоднократно мог уехать из Тербунского округа. Обосноваться, к примеру, в Москве или другом крупном городе. Но Жданов беззаветно любит свой край и ничего не жалеет для того, чтобы он стал ярче, красивее, богаче. Его дела — словно некое послание одновременно и предкам, и потомкам. Первым — о том, что их помнят. Вторым — о том, что в небольшом селе можно добиться многого, если не бояться труда и сохранить в себе любящего, неравнодушного человека.
…Машина двигалась в сторону Липецка. А я обдумывал слова Петра Алексеевича. Жданов рассказал, что, хотя и на пенсии, но всё равно не может сидеть дома без дела. Не привык. За все годы тяжёлого труда он понял одно: движение — жизнь. Нужно только давать себе денёк отоспаться. Хотя бы раз в полгода.
Павел Жуков
Фото автора и из архива Петра Жданова
