Разные бывают пути становления у писателей. Своей историей поделился Анатолий Веснин, писатель из Мурманска. Правда, мурманчане его лучше знают под псевдонимом Северный Леший. Но об этом он расскажет в другой раз.
Когда я учился в пятом классе, то всё свободное время проводил на улице с друзьями. И нам никогда не было скучно: приключения находились в любом месте и в любое время…
Однажды к нашей компании прибился мальчишка, чьи родители недавно переехали в этот район. Он искал новых друзей, а нам ещё один товарищ точно не помешал бы. Мишка, как звали новичка, рассказывал всякие необыкновенные истории, которые с ним происходили там, где он жил раньше. Мы слушали, открыв рты, поскольку все наши рассказы уже давным-давно знали наизусть. Но через неделю, видимо, его истории закончились, и он начал рассказывать уже то, что происходило с ним здесь, после переезда.
Так получилось, что у всех в нашей компании были довольно строгие родители, которые требовали к девяти вечера быть дома. И мы не осмеливались нарушить это правило, поскольку можно было нарваться на суровое наказание: остаться без улицы, когда остальные гоняли по ближним сопкам, играя в казаков-разбойников или разыскивая клады.
Но Мишку родители не ограничивали, поэтому выходило так, что он оставался на улице, когда мы все расходились по домам. И, как назло, именно в это время с ним случались всякие интересные приключения! То он нашёл в соседнем дворе собаку со щенками и бегал в магазин за сосиской, чтобы покормить их. На следующий день он показал нам это место, но никаких щенков там уже не было. «Наверное, их уже приютил кто-то», — сказал он, разводя руками.
В другой день он заметил карманника, который вытянул кошелёк из сумки женщины, возвращавшейся из магазина, подбежал и схватил того за руку, громко призывая милицию. Проезжавшие мимо в патрульной машине стражи порядка схватили преступника, а Мишке выразили благодарность. И женщина очень благодарила и даже угостила. Мишка показал нам замызганную обёртку, расписывая, какая шоколадка была вкусная.
Каждый день с ним что-то приключалось. Всегда интересное и всегда в тот момент, когда мы уже разошлись по домам. Это было очень обидно. Вечерами мы всей компанией шныряли по соседским дворам, пытаясь найти подобные приключения, но чаще находили только проблемы в виде компаний других мальчишек, не желавших, чтобы мы играли в их дворе. Несколько раз такие столкновения оканчивались дракой, за которую нам всем влетало ещё и от родителей.
В каждом рассказе Мишке мне казалось, что он всё выдумывает. Ну, или почти всё. Мы, все остальные, жили здесь уже больше десяти лет, но не бывало так, чтобы каждый день случалось что-то настолько необычайное. Все его приключения случались вне нашего двора, и это было самым подозрительным, ведь проверить эти истории было сложно. Подозрения накапливались с каждой историей, с каждым приключением, в которых Мишка смог участвовать, а нам не повезло.
Мы почему-то боялись сказать Мишке о наших подозрениях напрямую. И не хотелось обидеть его, но больше всего не хотелось остаться в дураках, если всё-таки рассказы окажутся правдой, ведь доказательств его обмана у нас не было. Но однажды Славик, самый смелый из нашей компании, не выдержал. Мишка как раз рассказал про своё очередное вечернее приключение — как помог девочкам из соседнего двора найти их потерявшегося котёнка. Славик так и заявил Мишке:
— Я тебе не верю! Ты всё выдумываешь! И про голубую ленточку на котёнке, и про подвал, в который ты полез его доставать!
— Я вру? — возмущению Мишки не было предела. — Не верите, могу вам вообще ничего не рассказывать! Я вам рассказываю всё от чистого сердца, а вы...
Но Славика так просто было не сбить. Он настаивал:
— В каком подвале ты его нашёл? Покажи нам, как ты туда залез? И с чего вдруг девочки именно тебя попросили, у них во дворе других мальчишек не было? Или взрослых?
Но Мишка, кажется, всерьёз обиделся. Он возмущённо фыркнул в ответ:
— Не буду я вам ничего показывать. Да и не показать уже. Взрослые вчера вызвали дворника, он забил то окошко в подвал досками. Могу показать, если не верите. А девочки мне вот что подарили на память.
С этими словами он вытащил из кармана грязный кусок ткани, который при некотором старании можно было опознать, как ленточку, бывшую когда-то голубой.
Этой ленточкой мы были повержены на обе лопатки. Против такого доказательства даже Славику было нечего сказать. Но подозрения всё же остались.
Недоверие крепло, наша некогда дружная компания начинала трещать по швам. Мы уже не столь охотно встречались по вечерам, зная, что Мишка снова будет что-то рассказывать. Что-то такое, во что мы не сможем поверить, но поймать его на вранье не сможем.
Однажды я просто не пошёл гулять после того, как сделал домашку, остался дома. Не в наказание, просто не хотелось мне слушать очередную историю, в которую невозможно было поверить, а не слушать невозможно.
Мама очень удивилась, даже пощупала мне лоб — не заболел ли, спросила:
— У тебя всё хорошо?
И меня прорвало. Я рассказал ей всё. Про то, как появился Мишка, про его приключения, случающиеся только тогда, когда мы уходим домой. Про наши подозрения и про то, что наша дружная компания из-за его рассказов перестаёт быть дружной.
— То есть, ты подозреваешь, что он выдумывает все свои приключения, а вас это обижает? — спросила мама.
— Ну да… — с сомнением протянул я. Всё-таки полной уверенности у меня не было.
— А что мешает тебе делать то же самое? Ведь ты, насколько я помню, всегда интересно рассказывал о ваших похождениях за кладами. Да, я обратила внимание, что в последнее время что-то не было этих твоих «сопочных» историй.
«Сопочными» мама называла наши приключения по поиску кладов и игре в казаки-разбойники. Я вдруг тоже вспомнил, что раньше постоянно делился с родителями, как прошёл вечер, где мы гуляли и что делали. Мама и папа всегда с интересом слушали и порою давали толковые советы, как поступить в той или иной ситуации в другой раз. И я понял, что действительно давно ничего им не рассказывал — ну не пересказывать же им мишкины приключения?
И на следующий же день после очередной мишкиной истории я сказал:
— Это ещё что! Ты же у нас недавно живёшь, не знаешь ещё многих тайн, которые таят наши сопки! Нам не разрешают далеко заходить, но ведь из окон не видно, как далеко мы ушли. И вот однажды...
Меня слушали все, не перебивая, даже Мишка. Я рассказал нашу давнюю игру про старый шпионский блиндаж, вывернув историю таким образом, что это была не нами придуманная игра, а произошло на самом деле. Мои друзья сперва удивлённо округлили глаза, но потом сообразили, что я делаю и зачем, и стали вставлять свои подробности, уточняя или споря в какие-то моменты. Рассказ вышел замечательным!
Сомнительно морщившемуся Мишке в подтверждение рассказа мы даже показали старые ржавые железки, спрятанные недалеко под большим камнем, выдав их за осколки снарядов, которые якобы были нами найдены в тех местах. И пообещали, что когда-нибудь сводим его на «то место», чтобы показать этот старый осыпавшийся блиндаж.
Это был день, когда я поверил в то, что могу придумывать различные истории, переплетая реальность и выдумку, создавая в своей голове героев и руководя ими. Поначалу героями были только мы сами, и истории создавались коллективно. Но постепенно ребята всё больше слушали меня, удивляясь и радуясь тому, какие разные приключения выпадали на их долю.
Это был день, когда я стал писателем.
