Елена Пырьева живёт и работает в Нижнем Новгороде. Всю свою жизнь она посвятила заботе о здоровье других людей. А ещё она — приёмная мама. Можно сказать, её история — это долгий путь, на котором препятствия и достижения так тесно переплетены, что, кажется, первое перерастает во второе. Впрочем, кажется ли?..
Я родилась в городе воинской славы Коврове. Помню, под окном у нас росла вишня. На газоне бабушка посадила мальвы. Во дворе, у нашего крыльца, рос чубушник. Бабуся каждые выходные пекла пироги, потому что к нам приезжали гости.
И ещё помню: весна, снег на асфальте растаял, а на антресолях лежат жёлтые ботинки для весны, которые мне пока не разрешают надевать. Но мне очень хочется. И вот я подговорила ребят со двора пойти на реку Клязьму. Мы спустились в пойму, прошли вдоль берега и встретили рыбака. У него в тазу был сом - живой и с усами! Мы послушали его истории про рыбалку и пошли по домам. А перед домом-то стояла мама... Меня отругали и поставили в угол.
...Мне очень понравилась школа. Подражая своей первой учительнице, я высаживала на диван кукол. Дверцы шкафа превращались в классную доску, на которой мелом я выводила буквы и цифры, объясняла тему.
В девятом классе мы с подружкой решили поступать в медицинский класс. Помимо основной программы у нас были занятия по биологии, латинскому языку, генетике и сестринскому делу в медучилище. В конце десятого класса у нас даже была практика в травматологическом отделении: мы готовили материал, транспортировали пациентов, меняли судна.
Выпускные экзамены в медклассе стали вступительными в училище.
Но поступить в вуз не получилось: тяжело заболела моя мама. Пришлось остаться в родном городе и поступить в училище. Я выбрала специальность «Лечебное дело».
Учёба давалась легко, было интересно. Помню, дополнительно я ходила в кружок анатомии. Особенно запомнились задания, когда мы на простое действие составляли схемы - какие органы и системы органов работают. Например, поднимаю руку вверх: нервный импульс идёт из такого-то отдела мозга, такой-то доли по нерву к такой-то мышце, которую кровоснабжают вены и артерии.
На последнем курсе к нам в гости пришёл заведующий отделением анестезиологии и реанимации роддома и пригласил к себе на преддипломную практику. Моей мечтой всегда было посещение операционной. И, понятно, что я записалась в первых рядах.
Меня научили пунктировать любые вены, даже на ногах. А за возможность работы в операционной я с особым рвением мыла наркозник, обрабатывала шланги, изучала журналы для врачей анестезиологов.
Два месяца пролетели незаметно. И вот я медсестра-анестезист. За два года через меня прошло много судеб женщин...
Особенно запомнилась ночь перед Рождеством 2003 года. Женщина, 27 лет, третья беременность. В анамнезе преждевременные роды и выкидыш, срок 27 недель. Родился малыш, но реанимация без эффекта. После наркоза наблюдаю за женщиной, убираю рабочее место и вдруг - писк! Захожу в детскую, ребёночек в пеленке на окне. Разворачиваю, а он шевелится... Неонатолог бегом забирает девочку, и сразу на скорой отправляем её в детскую областную больницу.
Потом подъехала другая скорая: мама необследованная, на учёте не состоит, живёт на местной помойке. Пьёт. Это уже шестая беременность. Мама не желала ребёнка. Утром она написала отказ от малыша.
Пропустим несколько лет, за которые я успела окончить учёбу на фармацевта, выйти замуж. У нас появилась доченька.
Мы переехали в Городец. А спустя какое-то время - в Нижний Новгород. Я устроилась сначала в аптечную сеть, а это был очень интересный опыт. А потом устроилась медсестрой в детский сад. За год выстроила систему коммуникаций с родителями. На собраниях рассказывала о вакцинации, медицинском наблюдении, сохранении осанки.
Вскоре ставки сестёр садиков перевели в детскую поликлинику. Но мысли о учёбе не отпускали, и я подала документы в медакадемию на специальность «Сестринское дело».
Это были интересные и насыщенные 4 года! Каждую субботу мы ездили на занятия до позднего вечера. При этом я не оставила работу в поликлинике.
Наконец - долгожданный диплом. В последний учебный год я перешла из поликлиники во врачебную амбулаторию. Ни разу не работала фельдшером - и вот представился такой шанс. За первый месяц самостоятельной работы у меня были пациенты с инфарктом, подозрениями на корь и менингококковую инфекцию, стеноз пищевода у новорожденного, пневмонии, бронхиты, гипертонические кризы, вирус Коксаки...
Помимо основной работы решила попробовать себя в педагогике. И по совместительству устроилась в Центр повышения квалификации медицинских работников. Мне дали читать не особенно популярную у педагогов тему «Стандартные операционные процедуры». И чтобы включить слушателей в такую скучную и далёкую для рядовых сестёр тему, я вызывала двух слушателей и просила их продемонстрировать, как они обрабатывают руки антисептиком. На каждом обучении медсёстры зубрили схемы обработки рук, памятки у многих висели над раковиной, но ни разу не было так, что оба участника показали процедуру правильно!
В декабре 2018 года меня пригласили в Клинический диагностический центр, областное учреждение экспертного уровня, которое оказывает помощь населению города и области. Так началась моя деятельность в роли главной медицинской сестры.
Что дальше? Бакалавриат и магистратура. Эпидемия ковида и организация работы персонала. Отбор в проект Корпоративного университета Правительства Нижегородской области. Участие в организации мероприятий регионального и федерального уровня, в работе проектов по трудоустройству выпускников коррекционных школ, по открытию своего дела участниками СВО и членами их семей, Женский клуб, Клуб работодателей. И ещё много-много всего.
Приёмное родительство
Итак, я живу в Нижнем Новгороде. Мы воспитываем первоклассницу-дочь, но очень хотим, чтобы у неё появился младший брат или сестрёнка. Однако… Всё чаще мне на глаза попадаются истории про усыновление. И в какой-то момент чтение чатов перешло в намерение изучить процесс усыновления. На глаза попался сайт специального центра, объявление о наборе в школу приёмных родителей.
Три месяца обучения. И мы решаемся усыновить.
Это был тёплый майский день. В кабинете - тяжёлая и высокая деревянная дверь с жёлтой ручкой. В глубине - стол, за ним сидела женщина. Мы получили бланки. Заполнили анкету, обсудили, что оставим только критерий «ребёнок до года», а остальное неважно.
Среди подобранных пятнадцати детей - разные диагнозы. Но Дима был единственным, кого по состоянию здоровья можно забрать домой без совместной госпитализации.
Мы получили направление и сразу поехали в больницу. Кабинет заведующей. Она говорит, что до нас этого мальчика смотрели уже 14 пар. Но все отказались.
- Смотреть будете?
- Да, мы за этим и приехали!
Заведующая кому-то позвонила, и через несколько минут пришла медсестра с ребёнком в одеяле.
- Это Титов, отец - узбек, мальчик, от которого все отказываются! - сказала медсестра.
А он смотрел на нас и улыбался.
Мы подписали согласие, передали документы в суд. Прошла долгая неделя ожидания. И вот Дима на моих руках. Мы везём его домой. Мы теперь — его семья.
А вскоре подошёл срок планового медосмотра. И на приёме врач споткнулась о мою фразу: «Я не знаю…» Вопрос был про течение беременности и родов, наличие наследственных заболеваний. Ничего этого я не знала.
Помню ещё «укол» от специалиста опеки, которая через год пришла на осмотр условий: «Вы материнский капитал получили, почему новый дом не отстроили? Посмотрим, как вы его содержать будете».
И когда Диме исполнился год, я вышла на работу в год. Чтобы доказать, что мы справимся. Однако выход оказался провальным: за месяц Дима болел три раза орви с осложнениями. И тут мне попалось объявление, что в детский сад требуется медсестра.
Первые два месяца мы работали вдвоём. С ребенком на руках я обходила группы, проводила входной фильтр, а после обеда Дима спал. Я же заполняла документацию, писала справки и направления.
Потом дали путёвку в садик: стало немного проще. Проведя утренний фильтр, я отводила ребёнка в ясли на два часа, в это время работала с документами, потом забирала спящего, доделывала работу, и мы возвращались домой.
После месяца адаптации Диму разрешили оставлять на полдня. Я чувствовала себя Гераклом! И ещё через месяц разрешили оставлять на целый день. Потом наши ставки медсестёр перевели в поликлинику, мы перешли в садик поближе.
...Диме два года, воспитатель жалуется на поведение. Я, объясняя желание сына привлечь внимание, совершаю ошибку: воспитатель решила, что все проблемы из-за того, что ребёнок приёмный.
В чате родители стали высказывать недовольство поведением ребёнка, администрация пошла на поводу, и нам предложили место в другом детском саду. Там подход воспитателей и заведующей был другой. Работа велась с ребёнком, с окружением и мы были в одной команде.
Потом - начальная школа: адаптация далась непросто. Проблемы с поведением, переход на индивидуальное обучение.
Сейчас Дима в 5 классе. Первый месяц он обучался в классе, ходил с удовольствием, но не делал домашнее задание. И мы вернулись к индивидуальному обучению.
«Маячки»
Моя мама болела, но не проходила обследование. Она не хотела приезжать ко мне в Нижний. И каждый раз я не находила нужных слов, чтоб убедить её. Профессиональная гордость грызла: медсестра, а маме не можешь обьяснить важность лечения...
В то же время я видела, что моему сыну важно моё мнение о здоровье. Он видел во мне профессионала. И вот родился проект «Маячки» - я стала ездить в детский дом, чтобы помочь ребятам научиться заботиться о своём здоровье. Может быть, достучавшись до мальчишек и девчонок, я смогу объяснить всё и маме?..
На своих лекциях я не говорю, что хорошо, а что плохо. Мы с ребятами разбираемся с последствиями того или иного решения. Выбор делать будут они.
Проекту уже три года. Сначала лекции читала я. А теперь неравнодушные люди находятся сами. Я же им помогаю привлечь внимание ребят, провести мастер-класс. Задаю вопросы, чтобы ребята поняли, о чём идёт речь.
Жизнь идёт вперёд. И я не знаю, какие трудности ждут меня в будущем. Но уверена в одном: все сложности — это точки нашего роста. Проверено.
