Родился я в казачьих краях, но не из казачьего племени родом, скорее наоборот, дед мой был отчаянным будённовцем и знатным кузнецом. Казалось, и мне надо вскакивать на коня и мчаться лесостепью навстречу жизни, но не судьба.
Приехал я, как-то из далёкой Сибири в отпуск, где работал инженером, в родной город Поворино, что на реке Хопёр расположен. В Черноземье это. Отдых выдался спокойным: редкая рыбалка (а я совсем не рыбак), встречи с друзьями-однокашниками, поездки с родителями за грибами. В общем, расслабляющее дуракаваляние. Приключений я не искал, люблю спокойную жизнь, но приключения сами меня нашли.
Мой хороший приятель, потомственный хопёрский казак, предложил поехать к его родне на хутор Дуплятский и покататься на коне. Сам он далёк от традиций казачества, но, не имея машины, нашёл, чем соблазнить меня на поездку по своим делам к родственникам. От предложений судьбы не отказываются. Завели машину, сели за руль и полями-степями, понеслись навстречу новым впечатлениям.
Дом его родни на хуторе нашли сразу. Стоял он у большака, в окружении обильно плодоносящих яблонь. Хозяина искать не пришлось. Он сидел тут же, на лавочке у палисадника. Поручкались. Приятель поговорил о своих делах. Я их не торопил своими хотелками, вглядываясь в невысокого тёмного окраса мохнатого конька, пасущегося неподалёку. Небольшой ветерок легонько шевелил его неопрятную гриву. Конь тоже косил в нашу сторону настороженным глазом. Где-то я слышал, что хищники от травоядных отличаются расположением глаз. Лишь хищники могут смотреть прямо вперёд. Этот зверь был явно травоядным, но его одноглазый взгляд в нашу сторону беспокоил меня.
- Так вот, - проговорил вдруг хозяин, вспомнив обо мне, - Васька конь хороший, только под седлом давненько не ходил.
От этих слов мне стало ещё тревожней. Желание проскакать на лошади было всегда, но мой опыт всадника лишь слегка сдвинут вправо от нулевой отметки. В студенческие годы на осенних сборах моркови в селе Бабяково дежурил по лагерю и при помощи своего друга взнуздал куском бельевой верёвки водовозного коня, чтобы «доскакать» до колхозного поля и лихостью своей однокурсников удивить.
Тут был конь другого порядка, видимо, давно забывший о седле, что тут же подтвердил его хозяин, пытаясь вспомнить, почёсывая затылок, где, то самое седло валяется. Недолгие поиски результата не дали. Видимо, куры, в старом катухе (помещение для мелкой скотины) его засидели напрочь. Зато ветхая уздечка нашлась. Дородная хозяйка вынесла её с заднего двора, передала хозяину, и тот ловко нацепил это трензельное оголовье на Ваську.
Отступать некуда. А хозяин, не замечая моего волнения, продолжил свои наставления, предупреждая: «Спереди к коню подходить не рекомендуется, ибо Васька кусается. Да и сзади приближаться не желательно, ибо Васька лягается». А потом добавил, что был недавно случай, когда уже запряжённый в телегу коник так лягнул соседа, что руку тому сломал. От наставлений таких в ногах моих появилась противная слабость, а тут ещё некстати и сосед с рукой на перевязи подошёл поболтать, с любопытством поглядывая на будущего всадника.
Кататься мне расхотелось абсолютно. Товарищ свои дела решил. Можно отчалить. Но нет! Молодость не знает отступлений. Мне в ту пору было около тридцати лет. Я активно занимался спортивными сплавами на каяках. Имел хорошее представление о балансе на любых водоворотах. Да и праздновать труса совсем не хотелось.
Лихо вскочив на коня с ближайшей скамейки, я осторожно потянул повод и сказал: «Но!». Васька продолжал жевать зелёную травку у ограды палисадника. Немного подумав, я сказал «но» чуть громче. Конь даже ухом не повёл. Тогда я «пришпорил» его пятками в бока. На что хозяин посоветовал: «Да не щекочи ты его, а тяни поводья и вдарь сильнее!». Я ударил. Конь вскинул голову удивлённо и пошёл к сараю. Там трава погуще.
Минуты через три коник затащил меня в заросли высоченной крапивы, зайдя за угол сарая. Мы остались одни. Казаки перестали нас видеть. И это дало мне возможность по возвращении из отпуска рассказывать друзьям-сибирякам о лихих скачках на Большой земле, о том, что, вскочив на коня, я мгновенно скрылся из виду. Рассказывать друзьям чистую правду - это мой конёк! Разве, что я чуть добавил необъятные ковыльные степи, овраги и ветер, звенящий в ушах от скорости.
Так я и прослыл самым знаменитым всадником в кругу своих друзей. Что рассказал обо мне конь своим кобылицам, я не знаю, наверное, ржали взахлёб.
Мне тогда всё же удалось совладать со своими страхами и даже перевести Ваську в лёгкую рысь по направлению к ближайшему пруду по заросшей высокой степной травой тропинке, но внутреннее разочарование в своих способностях всадника ещё долго меня мучило. Всему надо учиться.
Роман Смирных, село Конь-Колодезь Хлевенского округа
Фото Николая Черкасова
