Публикуем архивный материал Эммы Петровны Меньшиковой, журналистки «Липецкой газеты», которая долгое время возглавляла отдел писем. «Берегиня» - очень трогательная и душевная зарисовка о бабушке Тане, оставшейся последней жительницей деревеньки Фильцы. Материал был опубликован в «Липецкой газете» 7 июля 2003 года.
Давно бы не было на свете деревеньки Фильцы, когда бы не единственная её жительница Татьяна Быкова - верная хранительница родного «берега» и дозорный на посту, на котором стоять ей теперь без смены…
Красавицей писаной она не была, но в девках засиделась совсем не оттого, что не глянулась никому. Росла в отчем Никольском сиротой при мачехе, в вечных трудах, а самое золотое времечко - молодость, когда женихи сватов засылают, - пришлось на войну.
Вернулись тогда немногие, и расхватали их невесты побойчей. Татьяна же была спорой только на работу: девять сезонов подряд вкалывала на торфяных болотах Ивановщины, в Комсомольском районе, где на участке Южный возглавляла бригаду по укладке брикетов в огромные бесчисленные штабеля.
Уже разменяв четвертый десяток, с сожалением осмотревшись однажды вокруг себя - жизнь-то проходит! - встретилась с Василем Быковым, который приезжал из своих Фильцов, затерянных неподалеку, на Никольскую мельницу. Ни слова они тогда не сказали друг другу, а только совсем скоро стала Татьяна мужней женой и перебралась в деревеньку, существующую ныне исключительно её привязанностью к этим «унаследованным» от мужа местам.
Возникли Фильцы, в ряду других Каликинских выселок, среди которых были Густый, Гудбок, Ключи, Каменный, в 20-е годы. С образованием колхозов за раскинувшимися вдаль и вширь землями требовался уход и пригляд, поэтому тогда и поощрялось, видимо, подобное «переселение народа».
Когда-то в Фильцах был даже свой колхоз. Потом началось повальное укрупнение хозяйств, но жизнь и работа здесь кипели. Когда же свернули животноводство, опустели овечьи и коровьи фермы, потянулся кто куда и народ: одни, помоложе, на центральную усадьбу, другие - в дальние и ближние города...
Десять лет назад, схоронив мужа, Татьяна Фёдоровна осталась в Фильцах одна. Поначалу вроде бы собиралась то к сыну в Липецк, то к дочери, которая живёт и работает поваром в лагере «Прометей». А потом поостыла: скучно там, говорит...
По очереди навещают дети - хлеб, гостинцы привозят. Все 10 лет опекает председатель Василий Сладков: и с отоплением электрическим помог, и ни разу мимо не проехал. А врача, когда бледной ему баба Таня показалась, самолично доставил: давление было высоким.
Летом-то оно попроще - на полях идут работы, и люди случаются чаще. Воды принесут из пруда - колодцы все остарели и осыпались, а новые копать или бурить - глубоко и накладно. А из пруда ручеёк течёт, чистенький...
Если бы не козы, пасущиеся у домика, вросшего в землю и скрытого деревьями, ни за что не подумала бы, что в этом глухом краю кто-то ещё живёт. Собака голос подала, закудахтали куры, привыкшие копошиться рядом с хозяйкой... А вот и она сама - вышла на улицу поглядеть, кто её спокойствие нарушил.
Огород не мал и любовно ухожен, вот она - крестьянская жилка. Себе - макароны, чай из ромашки, а козе Катьке, куриному семейству - что посытнее и повкуснее...
Отдышалась, прислонилась к берёзке - от клюки гордо отказалась: старая, да не очень, - и задумчиво глядит вдаль, вспоминая что-то хорошее.
Мало его было, но ведь было же... Сегодня за работу на болотах и в колхозе, за палочки, получает она пенсию 800 рублей. «Вы бы помогли, - оживляется, - написали в своей статье, чтобы Галина Васильевна Кирина (руководитель районного Пенсионного фонда. - Авт.) мне к стажу 9 «торфяных» лет добавила. Когда-то она уже подсобила с этой пенсией, за которой ходить надо было за тридевять земель. Теперь бы ещё повысить её, а то ведь и тапочки новые, и халат, и крупу, сахар на зиму пора покупать, только за такие деньги разве что укупишь...»
- Перебиралась бы ты, баба Таня, к дочери! - не выдерживаю я, глядя в её заблестевшие глаза.
- Нет, - отвечает она печально, но твердо. - Нехотца мне никуда уезжать. Тут я дома...
Машина медленно тронулась в путь - пошла к себе и баба Таня, привычно пробиваясь по высокой траве к своему родному берегу...
Эмма Меньшикова
